alter_vij (alter_vij) wrote,
alter_vij
alter_vij

"Египетский этап" или плавучие тюрьмы царской России...

1913-crime.jpg

Написал на "МедиаЗоне" о том как в конце XIX века проходили морские этапы каторжников на Сахалин из Одессы через Суэцкий канал:

В самоуправляемой среде трюмных зеков на пути к Сахалину выделялась еще одна важная «масть» — в каждом отсеке выбирали по несколько «парашников»; в их задачу входила регулярная уборка полов. В условиях постоянной морской качки это была очень ответственная задача. Ведь большинство каторжников оказывались на корабле впервые в жизни, и их банально укачивало. Во время штормов и качки сотни человек сутками и неделями подряд блевали в замкнутом пространстве.

Борис Еллинский описывал качку в тесноте трюма так: «Можете представить, что там творится во время шторма, особенно ночью. Сонные люди сваливаются с нар на пол. Верхних рвет на нижних. Те ругаются самым отборным образом, но и их самих тоже рвет».
...
Кроме того, на Цейлоне и в Сингапуре для зеков покупали самые дешевые местные фрукты – бананы. По воспоминаниям современников, бананы большинству каторжников быстро надоедали, и их яростно выменивали на остатки ржаных сухарей.

latyshev12-9.jpg
...
Но даже улучшенная вентиляция не спасала каторжников от жары, когда судно шло через Суэцкий канал и по водам Индийского океана. Доктора тюремного ведомства оставили записи с ежедневными замерами температуры и влажности воздуха в трюмах. В зависимости от погоды температура обычно колебалась между 30º и 40º С, усугубляясь стабильно высокой влажностью – от 85%.

018-10.jpg

Страшная жара и духота — основной мотив всех дошедших до нас воспоминаний о морском пути на Сахалин. Бывший студент петербургской Военно-медицинской академии Борис Еллинский, получивший за революционную деятельность 20 лет каторги, плыл на Сахалин в 1894 году и так позднее описывал быт раскаленного трюма: «Люди пораздевались донага. Пот лил со всех ручьями, как в бане. Грудь сжимало, и в глазах мутило. Казалось, что голова сейчас лопнет от боли. У многих все тело покрылось нарывами, из которых сочился гной. Это – так называемая тропическая сыпь. Появились смертные случаи от тепловых ударов… Как только с кем-либо случался обморок, кричали часовому; он давал свисток; являлись два санитара и уносили беднягу на палубу. Большинство не возвращались уже оттуда. После я узнал, что почти все они умерли, и их спустили в море зашитыми в холст с тяжелым колосником в ногах… Дней двадцать подряд продолжалась эта пытка вперемежку с жестокими штормами».

Народоволец Иван Манучаров, отсидевший десять лет в Шлиссельбургской крепости, плыл на сахалинскую каторгу в 1896 году. Обстановку в трюме он описывал так: «Была страшная жара, и мы ходили почти голые. …Тела наши покрылись сыпью, нарывавшимися мелкими прыщами. После Константинополя мы не получали хлеба, а исключительно только черные сухари. Изнурение от жары и существования впроголодь было велико».

Кожные заболевания стали бичом морского этапа на Сахалин. Отец писателя Даниила Хармса народоволец Иван Ювачев, получив 15 лет каторги, отбыл на Сахалин в 1886 году и затем много лет лечился от сыпи и язв, полученных в тюремном трюме. Бывший военный моряк, Ювачев имел опыт плавания, но о путешествии на Сахалин позднее написал: «В каторге не так трудно, как на пароходе…»

Ярославль.jpg
Тот самый пароход-тюрьма "Ярославль"
Tags: история
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments