alter_vij (alter_vij) wrote,
alter_vij
alter_vij

ВОЗДУШНАЯ ВОЙНА 1936 года. Полемические варианты Петра Павленко.

К ГЛАВЕ XIX
Глава 19-я тут: http://militera.lib.ru/prose/foreign/helders/19.html


Положение на море, в территориальных водах, сложилось не в пользу Англии. Третья эскадра линейных кораблей Атлантического флота, находившаяся в защищенных водах около Портсмута, утром 10 июля была спешно переброшена в Ирландское море ввиду опасности быть запертой позади острова Уайта минными полями и оказаться парализованной в свободе передвижений. Как ни тайно произведена была переброска эскадры, известие о ней проникло в ирландские национал-патриотические круги, близкие к правительству, и вызвало бурю негодования. «Ирландию пытаются изолировать от связи с внешним миром, но эта затея не удастся», — заявил публично один из влиятельных членов ирландского парламента, принадлежавший к очень умеренной партии. — «Ирландцы ответят на этот шаг Британии со всей непримиримостью, на какую они способны».

Английское морское командование, давая приказ о переводе эскадры в Ирландское море, не учло внутригосударственной политической обстановки и невольно явилось виновником того, что уже днем 10-го все более или менее крупные пункты восточного ирландского побережья были охвачены антибританскими настроениями.

Перевод эскадры был понят, как выпад против договорной самостоятельности Ирландии. Бурные демонстрации протеста охватили Дублин, Кингстоун, где немедленно была объявлена забастовка портовых рабочих, Корк, Уотерфор и Арклоу. Каменноугольный бассейн Керлоу приступил к организации волонтерских дружин.


Рыбачьи парусники в канале св. Георга, встречая эскадру, выбрасывали на мачты оскорбительные сигналы, и отказывались подчиниться приказу военно-морских властей о запрещении плавания частным судам на время войны. В заливе Дуотерфорда собрался необычайный митинг рыбачьих кораблей всего восточного побережья Ирландии. Командующему 8-й эскадрой пришлось выделить отряд крейсеров для разгона этого невиданного в истории мореплавания корабельного митинга и одновременно отправить несколько стационеров в важнейшие порты побережья. Было отдано распоряжение об опечатании всех раций на частновладельческих судах и о занятии войсками спасательной радиостанции в Росслете, которая передала в эфир обращение ирландских моряков к свободным морякам всего мира и угрожала английскому флоту расконспирацией его движения в Ирландском море.

В 11 часов ночи 10 июля на заседании военного комитета, командующий армией обороны фельдмаршал сэр Роберт Редмонд заявил, что в настоящее время он не может гарантировать, что удастся отбить десант неприятельских войск. Положение станет более или менее прочным только на пятый день войны, когда будут уже мобилизованы и включены в линию обороны шесть дивизий резервной армии.


Он просил морской и воздушный флоты вести в ближайшие три критических дня свои операции. Начальник морского генерального штаба адмирал Миллс сообщил положение в средиземноморском бассейне. Гельдерс передает лишь чисто военную часть его информации, опуская политическую, которая в данный момент представляла основной интерес. Одна из средиземноморских эскадр, сказал Миллс, находится у Балеарских островов и занимает такую фланговую позицию, чтобы в любое время прервать всякое сообщение между Францией и французскими колониями в Северной Африке. Итальянский флот сосредоточен двумя эскадрами — одной у Маддалены — для помощи английскому флоту, другой близ Таренто и Созено — против Югославии. Задачи англо-итальянского флота — уничтожение французской эскадры в Тулоне, облегчение адриатической эскадре Италии действий против Югославии и закупорка дарданельского и суэцкого входов в Средиземное море. Адмирал Миллс намеренно умолчал или не сказал по незнанию о действительной обстановке.

Дело в том, что в Порт-Судане, Суэце. Александрии, Бенгари, Триполи скопились сотни грузовых и пассажирских пароходов всех флагов мира. Капитаны прервали рейсы, не желая рисковать своими судами. В английских портах захватывались французские корабли, во французских портах — английские, а в Порт-Судане, где власть мгновенно оказалась в руках повстанцев, последними были захвачены все без исключения пароходы, какой бы флаг они ни держали, по той очень простой причине, что почти все флаги являются враждебными для революционного движения колониальных народов.

Восставший Крит с молниеносной быстротой вооружил захваченные суда и таким образом создал внушительную боевую силу. На острове Джерба, в заливе Габес, к западу от Триполи, объявились пираты. 10-го они произвели нападение на маленький остров Пантеллерия, невдалеке от Сицилии, и грозили блокировать Сиракузы, но после боя с итальянской эскадрой ушли на юг, топя по пути шхуны сицилийских рыбаков и транспорты, идущие к Мальте. Таким образом английская морская база в Средиземноморье, Мальта, оказалась в совершенно непредвиденной опасности.

Положение в Адриатическом море было ничуть не проще. Необъявленная война шла вторые сутки в районах Тираны (Албания) и Фиумэ (с.-в. Италии, на границе с Югославией). Сербы семь раз брали с бою Фиумэ и семь раз отбивали его назад итальянцы. Обходным движением сербам удалось отрезать с суши Фиумэ от Триеста и создать угрозу Венеции, вследствие чего сделалось маловероятным участие итальянских морских сил в операции против Тулона.

Адмирал Миллс довел до сведения военного комитета, что не может быть и речи о переброске средиземноморского флота Англии в другие воды. Что же касается действия флота в территориальных водах, то он обещал сделать распоряжение о продвижении атлантического флота до пятого градуса западной долготы для поддержки английских легких морских сил в их действиях против французских 10000-тонных крейсеров. Дальнейшее продвижение в Ламанш к востоку от этой линии он считает опасным ввиду угрозы со стороны подводных лодок.

Отряд миноносцев из состава 3-й атлантикоокеанской эскадры и два сторожевых мелкосидящих судна «Г-49» и «Г-72» всю ночь крейсировали к западу от острова Уайта. Эхо орудийных выстрелов медленно докатывалось с материка. Никто не понимал, в чем дело. На радиозапросы Портланд отвечал молчанием. Это части воздушного десанта капитана Ваккерле, высаженные к северу от Портланда, пробирались в тыл крепости, взрывая мосты и склады. На экипаж кораблей французский десант и бомбардировка произвели угнетающее впечатление. Офицерский состав был настроен немногим лучше. Отход эскадры в Ирландские воды, неясность положения в тылу Портланда, полное бессилие побережья предотвратить французский десант — все создавало обстановку, весьма невыгодно влияющую на самообладание.

На рассвете гул орудий послышался и с востока, с моря. Английская авиаразведка успела протелеграфировать флагману отряда миноносцев о движении всего флота Франции.

Все, что могла Франция бросить в этот поход, она бросила с беспечной решительностью. Для транспортной эскадры были использованы гигантские пассажирские пароходы, старосветские шхуны, угольщики всех эпох, морские баржи-водянки. В авангарде шли канонерские лодки. Франция имела в изобилии этот тип судов. Их незначительная осадка позволяла им подходить очень близко к побережью. Своими 10 и 14,5 сантиметровыми орудиями они перекрывали стрелявшие английские батареи. За канонерками шли мониторы, за мониторами авиаматки. Далее двигались транспорты под охраной линейных кораблей и подводных лодок.

В 5.20 утра на английских сторожевых миноносцах стали рваться первые французские снаряды. Три или четыре французских истребителя тотчас поднялись с авиаматок. Их бомбами через двадцать минут был потоплен один и выведен из строя второй миноносец, остальные, развив полную скорость и почти не отстреливаясь, пошли в сторону Плимута.

Сторожевое судно «Г-49», преследуемое авиаистребителем, выбросилось на песчаную косу между Портландом и Веймутом. «Г-72» погрузилось в море при самом входе в Портландскую гавань. Его экипаж, попробовавший добраться на шлюпках до берега, погиб, попав под огонь своих портовых батарей. Весь французский флот был уже на виду. Грохот канонады с моря и с суши был непрерывен. Он вырастал в дикую воздушную бурю, коверкающую человеческий слух. Дым пожаров в городе и в порту, земляной вихрь взрывов, всплеск водяных фонтанов чрезвычайно затрудняли наблюдение. Наблюдательные приборы отказывались служить. В этот момент из глубины Портландской гавани вынеслись, трепеща пеной, стаи быстроходных минных катеров. В грохоте орудийной стихии они, казалось, мчались бесшумно, похожие на белые гребни начинающегося шторма. Они пронеслись под огнем канонерских лодок, почти неуязвимые и неуловимые, и широким веером охватил французскую эскадру.

Стрелять в них из орудий было неудобно, так как они находились между канонерскими лодками и авиаматками, опасность была настолько велика, что линейные корабли прекратили обстрел порта и прямой наводкой стали бить из орудий среднего калибра по катерам. В построении эскадры произошло некоторое замешательство. Вдруг столб воды и дыма, полыхающий красно-зеленым оттенком, прыгнул над одной авиаматкой. Туча удушливого рыжего мрака упала на море. Второй столб выплеснулся из-под кормы конвойного крейсера, он вздрогнул, потерял скорость и тут же получил удар в левый борт от грузного транспорта, идущего слева. Два столба дыма и рыжая туча тряхнули потом этот транспорт.


Человеческие крики проникали в грохот воздуха. Два столба взвиваются рядом с крейсером «Трувиль», несущем флаг командующего десантом генерала Мишлена. Когда тучи дыма рассеялись, на море не было видно ни одного минного катера. Французская эскадра в беспорядке входила в порт. Через четверть часа танки и броневики уже выгружались у портовых стенок.

Маленькие городки к северу от Портланда еще ночью увидели у себя французов. Французский воздушный десант охватил районы Дорчестера, Уэддона, Мейден-Ньютона и соседних с ними местечек. Жители, никогда не видевшие у себя войны и неготовые к ней, не знали, что делать.

Некоторые поспешно уходили на север, побросав дома и имущество, но большинство рискнуло остаться. Никто не знал также, можно ли войти в сношение с французами и каким образом это удобнее сделать. С другой стороны, французские пропагандисты из состава десанта не знали, как подступиться к угрюмым обывателям, на все глядевшим с мрачной непримиримостью. Но в общем мирное население пострадало очень мало, да и то главным образом вследствие темноты, в которой происходила высадка десанта.

Скоро наступившее утро всех успокоило. Дождь, прошедший ночью, очистил воздух и прибил пыль. Кое-где наметились передвижные базары. Французы меняли вещи на молоко и яйца. Местные интересовались французскими безделушками. Несмотря на приказ командира десанта — не собираться группами на улицах, возмущенные толпы суетились на бульваре и набережной. Газеты не вышли. Весь мир как бы провалился для обитателей Портланда и они чувствовали себя в центре необычайных событий в качестве национальных героев.

Ассоциация земледельцев выразила желание устроить днем собрание своих членов, союз портовых рабочих объявил забастовку, христианская молодежь устроила на рассвете три летучих митинга на тему о милосердии и любви к ближнему. «Мы страдаем за родину. Мужайтесь, братья».

Вдруг в порту тревожно завыли сигнальные сирены. Загремели выстрелы зенитных пушек. Не прошло и минуты, как в воздухе что-то прошипело и четыре тысячекилограммовые бомбы ударили в набережную, в самой гуще движения. Сначала никто не мог понять, в чем дело, но тотчас выяснилось, что это налет английского авиафлота.

Взрывы сметали целые улицы. У мола, где полным ходом шла разгрузка французских транспортов, началась безумная паника. Орудия срывались с кранов и падали в толпы людей, перебитые краны бесцельно мотались из стороны в сторону, люди прыгали в воду, взлетали вверх, людей бросало, как комья грязи, било об стены портовых зданий, кромсало на части. Пароходы подняли якоря и стремительно бросились в море. Население забилось в подвалы, в газоубежища, бежало за город. Их ханжеский патриотизм сняло как рукой. Они бежали с белыми флагами, с красными крестами на груди, с оружием, с наспех составленными воззваниями о вреде войны. Но гремящий воздух настигал и умерщвлял их. Океанские транспорты, в это время входившие в Портланд, повернули на юго-запад, к Плимуту.

Несколько самолетов английской войсковой авиации пустились за ними следом. Транспорты подняли белые флаги. Все солдатское население их высыпало на палубы. Радио транспорта «Лион» передало в эфир: «Мы, солдаты 16-го полка зуавов, бросили оружие. Ребята! Следуйте нашему примеру. Арестовывайте ваших офицеров, братайтесь с английскими солдатами. Положим конец братоубийственной бойне народов. Долой буржуазные правительства. Да здравствует братство народов». На «Лионе» заиграла музыка. Белые флаги сменились красными. С самолета сигнализировали транспорту — прекратить радиопередачи, следовать в Плимут.

С транспорта ответили, что 16-й полк зуавов не сдался в плен, но вышел из войны и что транспорт — согласно решению полкового комитета — станет на якоре к югу от портландской косы, в виду порта, с намерением продолжать радиовещание. Вслед за этим радиостанция «Лиона» обратилась к морякам английского морского флота и вызвала радиостанции «Марселя», «Маршала Петана», «Марны» и ближайших транспортов.

Английские самолеты, запросив инструкции своего штаба, возобновили требование о немедленном уходе транспорта в Плимут. На это требование «Лион» ответил радиоречью: «Всем, всем, всем... революционный транспорт «Лион», 16-й полк зуавов, вышедший из смертной игры английского и французского правительств и призывающий пролетариат английских и французских морских и воздушных кораблей последовать его примеру и прекратить братское уничтожение»...

Самолеты послали последнее предупреждение — следовать в Плимут, прекратив работу радиостанции.

...«Мы обращаемся к кораблям, везущим наших товарищей, к «Марселю», «Марне», «Маршалу Петэну», последовать нашему примеру. Мы обращаемся к английским солдатам»...

Четыре воздушные бомбы, взорвавшись у левого борта «Лиона», бросили его боком в волну. Вода проникла в трубу. Глухой взрыв топок едва был слышен в грохоте прыгающей воды и криках на палубе.

...«Мы обращаемся к английским солдатам... Нас расстреливают английские самолеты за то, что мы отказываемся итти против вас. Мы не отвечаем на огонь самолетов, мы беззащитны... Не считая себя пленными и не намереваясь купить себе жизнь ценой бесполезной сдачи в плен, но ставя себе задачи широчайшей пропаганды за прекращение бойни, мы сейчас»...

Еще четыре бомбы рванули море у бортов транспорта. Один из якорей был сорван. Рулевые тросы оторваны.

...«Мы потеряли, маневренность. Товарищи, помните «Лион»... Гибнем... Да здравствует братство народов... «Марна», «Марна», «Марсель».

Четыре бомбы, вгрызаясь в железо корабля, тряхнули его с бортов и с кормы. Он сразу осел. Радио смолкло. Сверху, с самолетов, было видно, как спускаются шлюпки, как люди бросаются вплавь. Музыка не прекращалась. Самолеты открыли пулеметный огонь.

Шлюпки опустели. Понадобилось еще две бомбы, чтобы ускорить агонию корабельного остова, музыки и людских криков.


В результате работы 4-й и 5-й-английских эскадрилий бомбардировщиков Портландская десантная база, конечный пункт французской коммуникационной морской линии, была разрушена. Теперь англичанам предстояло направить главный удар по всей коммуникационной линии и по ее исходному пункту на французской территории, чтобы отрезать высадившуюся французскую армию.

События внутри Франции развертывались с ошеломляющей быстротой. В Париже образовалось революционное правительство. Оно принимало самые энергичные меры к прекращению войны, но влияние военщины было еще сильно. Шербург целиком находился во власти генеральской клики, мероприятия правительства могли коснуться лишь внутренних провинций, но и там пришлось в первую голову заняться вопросами гражданского устройства. Тем не менее удалось приостановить отправку на фронт второочередных дивизий и использовать призыв резервистов рождения 1898—1897 гг. для организации первого ядра красной гвардии. Департамент за департаментом откалывались от буржуазной Франции. Ежедневно Париж передавал в эфир призывы к миру о прекращении бессмысленной бойни. Случай с транспортом «Лион» явился предметом обсуждения на специальном заседании правительства. Делегации революционных организаций и антивоенной лиги тотчас выехали в Шербург, широко агитируя за братание, но были немедленно арестованы по радиоприказу генерала Мишлена и заключены в Шербургскую крепость.

Двум человекам, однако, удалось прорваться: бывшему военному моряку Пеллетье и агитатору Шамету. Они вышли на рыбачьей шхуне, наспех оборудованной электростанцией, и успели связаться с Англией, французским транспортным флотом и даже со штабом генерала Мишлена, пока не были захвачены французским миноносцем и пропали без вести.

Английский авиафлот продолжал громить французские транспортные эскадры. Непрекращающийся воздушный и морской бой шел по всей линии от Портланда до Шербурга.

В это самое время атлантический флот Англии уже приближался к Ламаншу, чтобы сразиться с главными морскими силами французов. На долготе мыса Ландсенда радиостанции всех английских кораблей приняли призывы «Лиона» и декреты парижского правительства. Несмотря на суровую дисциплину, известия эти мгновенно стали известны командам. Судьба «Лиона» волновала английских матросов. В кубриках затеялись быстрые митинги. За мысом Ландсендом крейсер «Адмирал Нельсон» отделился от своей колонны и, подняв сигнал «счастливого пути», стал на якорь в виду берега. Его радиостанция тотчас же оповестила атлантическую эскадру и мир о нежелании корабля продолжать войну. На линейных кораблях команды собрались на верхних палубах вопреки запрещению командиров. Флагманский корабль был лишен возможности отдать приказ о расстреле взбунтовавшегося крейсера. Через четверть часа 2-й отряд миноносцев сообщил о своем присоединении к «Нельсону». Главные силы эскадры, однако, продолжали невозмутимо подвигаться к месту сражения.

За полтора часа до столкновения вражеских флотов «Нельсон» собрал вокруг себя до трех десятков боевых кораблей. Его радио оживленно переговаривалось с английским материком и французскими кораблями. Из «нельсоновского» отряда было тогда же послано сторожевое судно «Ш-30» к Портланду — выяснить судьбы экипажа «Лиона». Судно подняло флаг Красного креста.

В 16 часов, как и говорит Гельдерс, началось морское сражение, получившее название «Альдернейского» по имени самого северного из островов в Ламанше.

Вторая французская эскадра шла с юго-востока навстречу английскому атлантическому флоту. В 16 ч. 12 м. группа французских крейсеров открыла огонь по английским крейсерам, прикрывавшим свои главные силы с юга. Через полчаса завязался бой между линейными судами. У англичан пошел ко дну «Гаукинс», у французов выбыл из строя устаревший пятитрубный «Вольтер».

В суетню боевых радиоприказов — в самый разгар боя — ежеминутно врывались вызовы «Нельсона». Хладнокровно передавал он сообщения о положении в мире, о разрушениях во Франции, о панике в Англии, о революции в колониальных странах.

Когда английский адмирал Пауди, обнаружив минное поле, устроенное по-видимому французскими подводными минными заградителями, решил выйти из сферы боя и уйти в Плимут, появился воздушный флот Бреклея. В этот момент «Нельсон» передал Пауди и французскому адмиралу Ле-До, что в Лондоне образовался революционный комитет.

В Центральной Европе наступает спокойствие, передавал «Нельсон». Английский пролетариат, являющийся отныне хозяином положения, будет рассматривать адмирала вне закона, если он не прекратит сражения с французским флотом.

Этому сообщению, могущему в корне изменить ряд последующих событий, не суждено было тотчас стать известным рядовым морякам английской эскадры.

В этот момент 162 самолета Г, имея на борту несколько сот бомб, под командой Бреклея атаковали французские крейсера. На «Фоше» поднялся пожар, «Дуплекс» скрылся под водой с торопливостью играющего дельфина, «Дюкен» вышел из боя, «Пенлеве» укрылся дымовой завесой и вильнул в сторону. Все это произошло в несколько мгновений.


В 17 час. 25 мин. командующий французским морским флотом отдал приказ об отступлении в Шербург. Адмирал Пауди бросился преследовать французов и вел преследование до наступления темноты. Этот шаг его погубил. Команды кораблей за те час или два, которые прошли с момента воздушного налета Бреклея, имели возможность отдохнуть от сражения и столковаться. Радиограммы «Нельсона» постепенно проникли в их массу.

В девять часов вечера «Нельсон» оповестил эскадру, что он идет на сближение с французскими морскими силами для непосредственных переговоров о мире.

С «Адмирала Ботри» и «Принца Уэльского» просигнализировали о восстаниях команд. Тогда Пауди прекратил преследование и полным ходом пошел в Плимут. Это было в девять вечера, а в одиннадцать революционный отряд английских кораблей, имея головным «Нельсона», подошел к минным полям вокруг Шербурга.

Переговоры с берегом были недолги. Ночью своеобразный десант из английских революционных моряков, под охраной французских катеров, прибыл от английского морского отряда в порт. В городе шла стрельба. Матросы эскадры Ле-До митинговали на набережной. Офицеры покинули большинство кораблей, но на некоторых произошли вооруженные столкновения. Командир крейсера «Жофр» велел открыть кингстоны и затопил свое судно у самого входа в внутреннюю гавань.

Радиостанции революционных кораблей вопили в эфир о прекращении войны. Связь с французским флотом в Тулоне и англо-итальянской средиземноморской эскадрой не прерывалась ни на минуту. На рассвете англо-французский революционный отряд судов изготовился к выходу в Гавр — для захвата последней базы французских империалистических сил и к Лондону — на помощь ревкому Англии.
(окончание завтра)
Tags: Пётр Павленко, военно-историческое
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment