alter_vij (alter_vij) wrote,
alter_vij
alter_vij

Русско-китайские зигзаги Абрама Ходорова. Часть II

Начало здесь

Именно через Ходорова шли деньги и на создание коммунистического движения в Китае. В декабре 1920 г., получив соответствующее послание правительства ДВР, он передает 20 тысяч долларов преподавателю Пекинского университета Сергею Полевому, об одной из книг которого в моей коллекции я уже писал. Сергей Александрович Полевой, как и Ходоров тоже 1886 года рождения, был профессиональным востоковедом – знал китайский, маньчжурский, монгольский, корейский и японский языки. Его главная книжка по Китаю есть в моей коллекции. В университете Пекина Полевой преподавал русский язык и литературу. Но кроме всего прочего, Полевой с 1915 г. был кадровым офицером русской военной разведки, главной задачей которого была работа с территории Китая против Японии (надо отметить, что после поражения 1905 г. русские военные предприняли немало усилий по подготовке кадров против этого главного «вероятного противника» России на Дальнем Востоке).

Наблюдая как «белые» дружно ложатся под японцев, Полевой пошёл на сотрудничество с большевиками, которых – вполне справедливо – посчитал единственной силой, способной тогда восстановить единство России вообще и на Дальнем Востоке в частности.

Переданные через Ходорова 20 тысяч долларов (весьма крупная по тем временам сумма, на неё с учетом китайских расценок можно было нанять на год целый полк китайской армии) Полевой потратил на создание и организационно-пропагандистскую деятельность первых коммунистических кружков в китайских университетах на протяжении 1920-21 гг.

Профинансированный Ходоровым разведчик еще царского Генерального штаба Полевой тогда и познакомил будущего первого создателя Компартии Китая Ли Дачжао с первым представителем Коминтерна в Китае Григорием Войтинским (27-летний Войтинский ранее работал в большевистском подполье Владивостока и был знаком с Ходоровым). Ли Дачжао заведовал библиотекой Пекинского университета и как раз нанял на подсобную работу в библиотеке 27-летнего «вечного студента» Мао Цзедуна, того самого…


Библиотекарь Ли Дачжао, начальник и учитель молодого Мао 


А это современный китайский рисунок – встреча представителя Коминтерна Г.Войтинского и профессора Ли Дачжао. Они на рисунке сидят. Стоит типо переводчик, но вообще-то им должен быть Полевой. Ну а чай на столе оплачен деньгами от Ходорова))

Так что посмотри, дорогой читатель, на современный Китай и уясни, что первые шаги его правящая ныне компартия делала 92 года назад на деньги, прошедшие через руки человека, который тогда же писал эту книгу, сейчас лежащую рядом с моим компьютером… )) 

Эти деньги, конечно, не были главным – все упомянутые персоны в разной степени и по разным причинам были искренними сторонниками данных идей. Но идея соединённая с хорошими финансами куда более действенна, чем идея без оных… ))

Вот собственно мы и добрались до самой книги. Абрам Ходоров писал её в 1920-21 гг., катаясь из Пекина в Шанхай и обратно, в перерывах между деятельностью «дипломатической миссии» ДВР, работой «ДальТА» и финансированием первых коммунистов Китая.

Книга состоит из двух частей. Первая и меньшая часть – очерк экономики и политического состояния Северного Китая – еще в 1921 г. была втором размножена в виде отдельной брошюры на ротаторе. Один экземпляр этой брошюры, называвшейся «Раскрепощающийся Китай», хитрый Ходоров умудрился переслать Георгию Чичерину. Нарком иностранных дел в ленинском правительстве до 1917 г. был активным меньшевиком. Если они и не были лично знакомы с Ходоровым, то уж точно знали друг друга заочно и в 1917 г. и ранее.

Ходоров был хорошим публицистом и аналитиком. Его работа по экономике и текущему политическому состоянию Китая была, по сути, первым марксистским анализом данной темы. При чём сделанным в динамике, непосредственно на месте событий. Полученная брошюра Чичерину понравилась, он даже похвалил её в разговоре с Лениным.


Полностью книга была написана и издана в Шанхае в 1922 г. Тираж не указан и не известен. Вряд ли большой. Скорее всего несколько сотен, в лучшем случае – тысяча-две.
в начале 1923 г. книга дошла до Советской России, уже СССР, где  первые советские работы о Китае Виленского-Сибирякова еще только готовились к печати.

Содержание книги:







В бумагах уже смертельно больного Ленина за 2 февраля 1923 г. сохранилось его поручение Надежде Крупской достать ему книгу А.Е. Ходорова «Мировой империализм и Китай». Вождь большевиков начал интересоваться Китаем еще в русско-японскую войну, а после Синьхайской революции 1911 г. этот интерес был у него вполне постоянным. В феврале 1923. этот ленинский интерес к Китаю был еще и весьма деловым и практическим – как раз в Политбюро решался вопрос посылать ли военных советников и военную помощь на Юг Китая лидеру гоминьдана Сунь Ятсену. Так что единственная на от момент актуальная и развёрнутая аналитика Ходорова по Китаю была Ленину нужна для работы.


Наш герой в это время в Китае продолжает свою деятельность. Собственно он и был одним из первых советских агентов, кто в 1922 г. в Шанхае встречался с главным тогда революционером Китая доктором Сунь Ятсеном.

Во второй части книги присутствует вполне лирическое описание Шанхая, этого «Парижа Азии» (хотя иногда его частенько именовали и «Вавилон Азии»). Позднее советские востоковеды любили цитировать именно этот художественный отрывок о Шанхае:

«Шанхай — огромный город, мощенный асфальтом, с громадными зданиями, пышными многоэтажными отелями, широкими улицами, по которым движутся десятки тысяч пестрой людской массы, большим количеством мчащихся и ревущих автомобилей, длинными кварталами проституции, биржевыми «брокерами» — комиссионерами, играющими на разнице между «золотом и серебром», делающих «прибыль» на спекуляции, посредниками всякого типа и сорта, мчащимися в экипажах в погоне за прибылью из банка в банк… Шанхай — город монотонного ритмического «пения» китайских полуголых рабочих, впряженных в телеги, переносящих тяжести или разгружающих иностранные корабли.
Шанхай — клоака мира с неисчислимым множеством «баров», распивочных мест, где пропивают, покупают и продают опий, душу и женское тело. Шанхай — город с отборными смуглыми индусами в чалмах — в роли верных и «преданных» охранителей полицейского порядка, и важными гордыми англичанами в роли высших «блюстителей» порядка. Шанхай — город спекулянтов, сыщиков, снобов и проходимцев, город жадной эксплуатации, город чахоточного труда рабочих и бешеных доходов «завоевателей»…


Вот эти страницы:



А вот последняя страница книги, весьма любопытная:

«Грандиозные исторические задачи», заметим, за минувшие 90 лет отчасти решены…

Во вновь образованном СССР товарищ Ходоров, антибольшевистско-меньшевистское прошлое которого было вроде бы забыто, сразу становится ведущим специалистом по Китаю. На протяжении 20-х годов в различных изданиях публикуются многочисленные его статьи по разным вопросам политики, истории и экономики Китая.

В 1925 г. выходят две новые книги Ходорова: «Китай в борьбе за независимость» и «Народное хозяйство Китая». Первая книга у меня есть, вторую пока еще не нашёл, но надеюсь… Ни у кого не завалялась, товарищи? по сходной цене? )




Книга «Китай в борьбе за независимость» - 195 страниц большого формата, тиражом 5000 экз. отпечатанных в типографии «Искра революции» (Москва, Арбат, Филипповский пер., д.11) - вышла в соавторстве с авторитетным тогда в СССР историком и партдеятелем Михаилом Павловичем (настоящее имя – Михаил Лазаревич Вельтман). Павлович-Вельтман тоже родился в Одессе, но на 15 лет раньше, тоже закончил юридический факультет «Новороссийского»-Одесского университета и тоже начинал доревлюционным социал-демократом, но на десятилетие раньше Ходорова. Павлович-Вельтман еще в той самой «Искре» печатался, а в начале 20-х годов он был одним из руководителей Наркомата по делам национальностей (где наркомом был сам Сталин), создателем и первым ректором Московского института востоковедения.













К тому времени, в 1923 г. Ходоров уже возвратился из Китая в Россию и поселился в Москве. Здесь он традиционно для него неплохо устроился – преподаёт в Академии РККА (бывшей академии Генштаба), а с 1924 г. и в Московском институте востоковедения у земляка и коллеги Вельтмана-Павловича.

Кроме того, Абрам Евсеич подвизался на хлебном при НЭПе месте заместителя председателя Росийско-Восточной торговой палаты. Так 17 декабря 1924 г. в родной Одессе он участвует в торжественном открытии Одесского отделения РВТП - Росийско-Восточной торговой палаты. Одесское отделение РВТП специализировалось на развитии торговых отношений с Турцией, Египтом и Палестиной. Заметим, что во всех указанных «палестинах» торговые и прочие связи СССР на том этапе во многом строились с участием местных и советских евреев, а торговля тесно переплеталась с политикой и разведкой…

Старый меньшевик и приятель юности Ленина Николай Валентинов-Вольский в 20-е гг. работал на большевистский НЭП, редактируя «Торгово-промышленную газету» (издание ВСНХ) в которой часто печатался и Ходоров. В 1928 г. Валентинов-Вольский не вернётся в СССР из загранкомандировки, и в 50-е годы из Парижа будет вспоминать дни похорон Ленина:
«Коммунист Ходоров, давший одновременно для «Правды» и для «Торгово-промышленной газеты» поминальную статью о роли Ленина в китайских делах, плача, скорбя о его смерти, уверял меня, что ленинская гениальность находится в прямой связи с весом, величиной его мозга. Якобы такой величины у людей обычного габарита не бывает…»

Видно, что в СССР бывший меньшевистский враг большевиков-ленинцев устроился очень хорошо и даже зажиточно, сам стал членом правящей партии. Более того, к концу 20-х гг. он – вот уж не знаю, по убеждениям или из развитой предусмотрительности, а может то и то сразу – заделался активным сторонником Сталина и борцом с троцкизмом.

В архивах сохранился любопытный документ – заявление в ЦК ВКП(б) активного оппозиционера Николаева. Там он пишет:

«В день десятой годовщины Октябрьской революции, в 10 час. утра, 7 ноября 1927 г. – моя квартира, находящаяся во 2-м этаже на углу Бауманской и Бакунинской – подверглась налету со стороны местных партийных и советских властей. В числе налетчиков оказались секретарь райкома Цихон, меньшевик Ходоров (преподов. академии) и председатель райсовета Сафронов, в присутствии милиции, пользуясь своим привилегированным положением и перевесом в физическом отношении, налетчики учинили следующие бесчинства:
Ругаясь площадной бранью, ворвались в квартиру и сорвали с балкона вывешенные мною изданные ленинско-большевистские плакаты с нижеследующими лозунгами:
“Выполним завещание Ленина”.
“Повернем огонь направо против нэпмана, кулака и бюрократа”.
“За подлинную рабочую демократию”
“Да здравствуют вожди мировой революции Троцкий и Зиновьев!”
Кроме того, были сорваны вывешенные впоследствии портреты Ленина, Зиновьева и Троцкого в рамке красноармейской звезды.
На мой вопрос к секретарю райкома Цихону, какое право имеет он и пред. Совета Сафронов врываться в квартиру к коммунисту и, вместе с фашистом Ходоровым, попирать советские законы, кто ответственен будет за самоуправство? Цихон закричал: “Молчи, сволочь, ты не делал революцию!”
…После сего инцидента, Цихон, Сафронов и меньшевик Ходоров ушли, дав распоряжение милиции всех присутствующих переписать, а меня не выпускать из квартиры».



Как видим Ходоров активно борется за линию Сталина против троцкистов (впрочем в конце 1927 г. такая борьба не слишком опасна), а оппозиционные члены партии, припоминая ему антибольшевистское прошлое, даже именуют Абрама Евсеича «фашистом».

В начале 30-х годов Ходоров живет в центре столицы, по адресу: Никольская ул., дом 6, квартира № 7. Судя по всему это еще и не коммунальная, а отдельная квартира, что по тем временам роскошь. Известен даже тогдашний номер домашнего телефона товарища Ходорова: 2-86-66.

Вот зачем изобретать машину времени? Надо изобрести телефон времени. Сел и позвонил: «Алё, Абрам Евсеич, это Вас из 2012 года беспокоят. Расскажите, пожалуйста о…» Ну вот меня лично интересуют больше всего конспиративные дела на линии Владивосток-Шанхай-Пекин в 1919-20 гг. Но не рассказал бы, небось, конспиратор. Или погнал бы всякую публицистику, в чём он был мастер.

Однако, борьба с троцкизмом была чревата. Где-то в конце 1935 г. Ходоров был арестован и 26 июня 1936 г. решением ОСО при НКВД СССР получил 5 лет. Подробности этого дела, увы, неизвестны. Понятно одно, тут Ходорову всё же повезло – арест годом-двумя позже всегл в 5 лет заключения ему бы не обошёлся…

Отбывал свою «пятёрку» Ходоров на Колыме в знаменитом «Дальстрое» Берзина, где тогда активно создавали инфраструктуру промышленной добычи золота, так нужного для форсированной индустриализации. Неизвестно катал ли Ходоров на Колыме тачку или, как грамотный и ушлый, пребывал на более щадящей лагерной работе.

Свои 5 лет он отбыл и даже умудрился избежать продления срока или ужесточения приговора, что было нередко в лагерях в 1937-39 гг. Сохранилось свидетельство очевидца о Ходорове после отбытия заключения. Его нам оставил в своём личном дневнике Александр Гладков (драматург и сценарист, это по его пьесе снят фильм «Гусарская баллада», что подарил нам поручика Ржевского). Как раз в библиотеке в Москве он собирал материалы по партизанам 1812 г. для этой пьесы:
«11 октября 1940 …Днем в читальне. Встреча на дворе с А.Е. Ходоровым, недавно вернувшимся из лагеря. Я его сначала не узнаю. От короткого разговора с ним страшное впечатление. Это потухший человек. Он до ареста был известным китаеведом, преподавателем, публицистом».

Итак, после 5 лет на Колыме Ходоров умудряется оказаться в Москве, что для того времени не характерно. Впрочем, возвращение его в столицу явно было очень коротким и следующие 5 лет – 1941-45 гг. – он живёт и работает в Магадане, преподаёт в местной школе №1. Школа там была специфической – училось много детей начальников и работников лагерей, а среди учителей было немало бывших преподавателей столичных ВУЗов, отбывших здесь заключение или даже расконвоированных ещё «зеков».

Несомненно одно - в 1941-45 гг. Магадан для пожилого еврея-интеллигента был пожалуй одним из самых безопасных и даже сытных мест на воюющем с Гитлером континенте.

Остались даже фотографии Ходорова, учителя Магаданской школы №1, на групповых фото выпускников школы 1943 и 1944 годов.

А вот в победном 1945 г. ушлый Абрам Евсеевич сумеет вернуться в столицу и работать преподавателем Московского Государственного Педагогического Института. Более того, он опять умудряется начать жизненный и карьерный рост – в 1947 г. становится преподавателем главного ВУЗа СССР, Московского Государственного Университета.

Но в марте 1948 г. запас жизненных удач 62-летнего А.Е.Ходорова иссякает – его арестовывают и в следующем 1949 г. он умирает в заключении. Подробности дела неизвестны, но по ситуации конца 40-х можно прикинуть что почём.



А.Е.Ходоров в 40-е годы. Он уже не "красивый брюнет высокого роста, с закрученными вверх очень мужскими усами". Других его фото, увы, нет…


P.S. Вот такая история о книге и её авторе. Кстати, Вы сейчас прочитали самый развёрнутый рассказ об А.Е.Ходорове из появлявшихся когда-либо в интернете)) В 1966 г. в одном из востоковедческих изданий СССР публиковалась статья, посвященная Ходорову, но там – понятно – нет некоторых наиболее колоритных моментов о его борьбе с большевиками в 1917 г. или о денежных делах с ДВР и КПК…
Tags: китайская библиотека
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 15 comments