alter_vij (alter_vij) wrote,
alter_vij
alter_vij

На сопках Маньчжурии 1932-1945

Я тут прикинул - в китайской коллекции образовался целый раздел книг по Маньчжурской проблеме. Кроме «обычных» книг, как например мемуаров «последнего императора» Пу И или совсем свежего 2009-го года исследования «В тылах квантунской армии (Правда о 88-й китайско-корейской бригаде Дальневосточного фронта» (издание ИДВ РАН аж в 300 блин экземпляров!) есть некоторые приятные раритеты.

Напомню, что в 30-е годы Маньчжурия для СССР была не предметом отвлеченного интереса, а весьма животрепещущей проблемой, прямой угрозой безопасности всему нашему Дальнему Востоку. Тысячекилометровая граница с Маньчжурией и раньше была проблемной, но с 1932г. она стала для СССР на тот момент единственным отрезком, где наша страна де-факто граничила с одной из самых первоклассных военных держав мира, к тому же и весьма агрессивной – Японской империей.

Это сейчас у нас предпочтут закрыть глаза на учения Шэньянского и Пекинского военных округов Народно-освободительной армии Китая. Тогда же, вполне справедливо к военной, политической и экономической ситуации в соседней Маньчжурии относились весьма внимательно. Итак…



«Япония в Манчжурии», Партийное издательство, М., 1932 г., 47 стр.
Эта брошюра - фактически, первая реакция в СССР на оккупацию Японией Манчжурии.
Завершается брошюра следующей фразой: «Перед трудящимися массами СССР стоит как основная задача – неослабное и упорное осуществление плана социалистического строительства. Успехи этого строительства наилучшим образом обеспечивают и оборону Советской страны от провокаций и нападений империалистов. В то же время необходимо соблюдать и постоянную бдительность по отношению к антисоветским замыслам империалистов, чтобы в случае их нападение дать им сокрушительный отпор».



«Империализм в Маньчжурии» В.Аварин. Издание Института мирового хозяйства и мировой политики при Коммунистической академии. Государственное социально-экономическое издательство. М.-Л. 1934 г.
Это уже вполне академическое исследование, 415 страниц истории и текущей ситуации в Маньчжурии с картами и схемами



«Манчжурия – плацдарм для нападения на СССР» С.Тульский и М.Федоров. Государственное военное издательство, М., 1934 г.

73 страницы сугубо военного взгляда на маньчжурскую проблему. Включает главы: «Манчжурия как театр военных действий», «Манчжоу-Го – передовой плацдарм японского империализма для нападения на СССР», «Партизанское движение в Манчжурии». Весьма любопытна глава «Вооруженные силы Манчжоу-Го».
Как сказано в предисловии: «Рассчитана книжка на младшего командира и бойца Красной армии и на широкие массы осавиахимовцев».



«Партизанская борьба в Манчжурии. Героическая борьба 4-й объединённой антияпонской армии в Манчжурии». Сунь Цзе. Государственное военное издательство Наркомата обороны Союза ССР. М., 1939 г.
Переведенные с китайского 87 страниц.
Как сказано в предисловии:
«Брошюра Сунь Цзе представляет большой интерес для командного и начальствующего состава РККА. События, описываемые автором, охватывают период от первых шагов партизанского движения в Маньчжурии до весны 1936 г. Брошюра знакомит читателя с организацией, тактикой и политической работой антияпонских партизанских армий в Китае. Автор – непосредственный участник партизанской борьбы, правдивым языком рисует суровые условия борьбы, беспредельную преданность своей родине и героизм китайских партизан».


«Боевые действия японской армии в Маньчжурии и Шанхае 1931-1933 гг.» , полковник Н.С.Бушманов. Военное издательство Народного Комиссариата Обороны Союза ССР. М., 1940 г.

143 страницы, очень краткая и деловая аннотация на первой: «Книга является оперативно-тактическим очерком боевых действий японской армии в Китае в 1931-1933 гг., закончившихся оккупацией Маньчжурии и Жэхэ. Книга рассчитана на начальствующий состав Красной Армии».
Сугубо военный «разбор полётов» с картами, таблицами, схемами и выводами. С профессиональной точки зрения описаны последовательные операции по захвату Маньчжурии, с вечера 18 сентября 1931 г., когда японцы всё и начали, вплоть до марта 1933 г., когда японцы отхватили часть Внутренней Монголии. Описана и локальная война в Шанхае в январе-марте 1932 г.
Весьма любопытна заключительная XI глава «Оперативно-тактические выводы».


«Манчжурия». Брошюрка в 16 листов, под авторством В.Раппопорта, скромно именуется «Справка». Военное издательство Народного Комиссариата Обороны. 1945 год.

В выходных данных значится, что брошюра подписана в печать 9 августа 1945 г. Это весьма характерная деталь и характерный день…
По сути, это документ информационного обеспечения начавшейся маньчжурской операции.

«Справка» завершается словами:
«В связи с отказом Японии капитулировать, союзники обратились к Советскому Правительству с предложением включиться в войну против японской агрессии. Советское Правительство, верное своему союзническому долгу, приняло это предложение и заявило, что с 9 августа 1945 года Советский Союз будет считать себя в состоянии войны с Японией.
Так, правящая клика японского империализма поставила себя в положение, при котором против Японии выступили могущественные державы Объединённых наций, движимые высоким стремлением как можно быстрее сократить продолжительность кровопролитной войны. Боевой союз СССР, США, Англии и Китая раздавит японских агрессоров».




Повторюсь – брошюра отпечатана 9 августа 1945 г. Именно в те часы, в ночь на 9 августа 1945 г. на земле, в воздухе и на море одновременно на фронте общей протяженностью 5130 километров Советская армия начала боевые действия против Японии, успешно отомстив за поражение 1905 года и ликвидировав многолетнюю проблему японской угрозы на нашей восточной границе…


И чтобы понять, какие люди писали такие книги, расскажу биографии двоих из них. О востоковеде и разведчике Аварине («Империализм в Маньчжурии») и полковнике Бушманове («Боевые действия японской армии в Маньчжурии и Шанхае»).

«В.Аварин» он же Аболтин Владимир Яковлевич, латыш, родился 19 сентября (1 октября) 1899 г. в многодетной крестьянской семье в Лифляндской губернии, Вольмарский уезд, поселок Руен.

Его старшие братья активные участники революции 1905г. в Латвии.
Самый старший Емельян, член партии с 1902 г., руководитель восстания в родном поселке, затем руководитель военной организации латвийских социал-демократов-большевиков. В 1909 г. приговорен военным судом к смертной казни, но освобожден из тюрьмы в 1913 г. Здесь его биография не ясна, что в дальнейшем привело к последствиям… В 1918 г. Емельян Аболтин успел посидеть в немецком концлагере во время оккупации кайзером Латвии. В дальнейшем, как тогда говорили, он «на партийной и советской работе».

Именно, Емельян Аболтин в начале 20-х гг. был председателем российско-украинской делегации по обмену пленными после завершения войны с Польшей. Благодаря его деятельности остались достаточные свидетельства об уничтожении поляками советских пленных, чтобы не плакать по сомнительной Катыни. В феврале 1923 г. в своем докладе НКИД РСФСР Е. Я. Аболтин высказался жёстко: "Может быть, ввиду исторической ненависти поляков к русским или по другим экономическим и политическим причинам военнопленные в Польше не рассматривались как обезоруженные солдаты противника, а как бесправные рабы. Содержа пленных в нижнем белье, поляки обращались с ними не как с людьми равной расы, а как с рабами. Избиения пленных практиковались на каждом шагу..."

В конце 30-х Емельян Аболтин работал в Наркомате земледелия РСФСР. Проживал в Москве, переулок Стопани (ныне Огородная Слобода в Басманном районе), д. 12, кв. 50. Арестован 28 февраля 1938 г. и 31 мая Комиссией НКВД СССР приговорён к расстрелу по обвинению в том, что являлся провокатором царской полиции, занимался шпионажем в пользу латвийской охранки, входил в латвийскую фашистскую организацию. Расстрелян 14 июня 1938 г. Захоронен на Бутовском полигоне. Реабилитирован 11 августа 1956 г.

Второй из старших братьев автора – Михаил Аболтин, член РСДРП с 1904 г., рабочий, был осужден за участие в вооруженном восстании на 15 лет каторги, заключен в Бутырскую каторжную тюрьму, освобожден только в 1917 г. Погиб через год в Самаре в боях против чехословаков.

Сам же автор книги и самый младший брат вступил в партию в 18-летнем возрасте в июне 1917 г., будучи секретарем профсоюза торгово-промышленных служащих в Риге. Участвовал в установлении советской власти в Латвии, был председателем одного из исполкомов «рабочих и безземельных депутатов». В начале 1918 г., когда войска кайзера захватили всю Латвию, уехал в Нижний Новгород, где работал в газете «Нижегородский рабоче-крестьянский листок». Но уже в августе 1918 г. был направлен на подпольную работу в оккупированную немцами Латвию, был комиссаром партизанского батальона.

Весной 1919 г. учился на Первых пехотных курсах комсостава Красной Армии. В составе курсов участвовал в боях против белоказаков на Дону, а осенью 1919 г. против армии Юденича под Петроградом.

По окончании курсов занимал различные политические и командные должности в 9-й армии, участвовал в разгроме войск Деникина и в боях против повстанцев на Кубани в качестве уполномоченного РВС 9-й армии при Ударном отряде, подавляя то восставших казаков, то горцев.

В апреле 1921 г. Владимир Аболтин закончил шестимесячные разведывательные курсы, зачислен в кадры Разведупра РККА (ГРУ). и командирован для работы в Турцию, где шла большая война, Ататюрк и прочие дела… Летом 1922 г. Аболдин направлен на учебу в Военную академию (бывшую Академию Генштаба Российском империи в скором будущем Академию им. Фрунзе).

В 1925 г. закончив восточный факультет высшей Военной академии 25-летний парень с уже немалым и специфическим опытом был назначен Председателем Полномочной комиссии ЦИК СССР по приему Северного Сахалина от японских оккупантов.
19 марта 1925 года комиссия, во главе с Аболтиным, прибыла в столицу острова город Александровск. Комиссия занималась решением всех вопросов связанных с выводом японских войск и восстановлением органов Советской власти. Аболтин удачно провалил все попытки японцев затянуть этот процесс. 14 мая 1925 г. последний японский солдат покинул Александровск. На следующий день над Северным Сахалином был поднят красный советский флаг.

По завершении данной работы Аболтин некоторое время оставался на острове и был Представителем Наркомата иностранных дел СССР на Сахалине. Именно он основал газету «Советский Сахалин», которая выходит и в наши дни (первый номер вышел в Александровске 1 мая 1925 года).
Большое значение для дальнейшего развития края имела и книга Аболтина «Остров сокровищ Северный Сахалин» – весьма серьезное экономическое исследование, в котором обобщались материалы многих русских экспедиций по выявлению природных богатств острова, обосновывался спрос на эти богатства в странах Тихоокеанского бассейна, доказывалась необходимость их быстрейшей разработки.
Это была первая книга, первое экономико-политическое исследование кадрового разведчика Аболтина. Издана книга весьма непростым Акционерным обществом «Книжное дело» (Хабаровск-Владивосток).

В 1927—1928 гг. он уже работает генеральным консулом в Харбине (кадровый специалист ГРУ, зная тогдашнюю обстановку в Маньчжурии не трудно понять характер его деятельности).

С 1929 г. Владимир Аболтин, оставаясь в кадрах военной разведки, официально занимается исключительно научно-исследовательской работой по проблемам мировой экономики и политики.
В течение двух лет (1929—1931) он работает заместителем ректора Института востоковедения, затем до 1935 г. старшим научным сотрудником Института мирового хозяйства и мировой политики (ИМХМП). Надо сказать, что это было весьма любопытное научное учреждение СССР, существовавшее с 1924 по 1947 годы и занимавшийся исследованием текущей конъюнктуры, историей и теорией экономических циклов и кризисов, возглавлял академик Варга.

10 ноября 1935 г., без защиты Аболтин становится доктором экономических наук и сразу же «под крышей» ТАСС отправляют на два года (1935—1937) в Пекин корреспондентом. Надо отметить, что эти два года – это начало японо-китайской войны и очередное резкое изменение в отношениях между Китаем и СССР…

Вернувшись из «журналистской» командировки, Аболтин назначается директором Государственного института иностранных языков в Иваново (тоже весьма характерное учебное заведение, с учетом что в Иваново и окрестностях располагались многие спецобъекты Коминтерна).

Официально с 1939 г. по 1946 г. Аболтин репрессирован. По другим данным репрессирован только с 1943 г. Короче полная загадок неразбериха в биографии. При этом, с декабря 1942 по май 1943 г. репрессированный Владимир Аболтин числится в резерве 201-й Латышской стрелковой дивизии (впоследствии 43-я гвардейская дивизия). Одновременно всплывают документальные свидетельства пребывания репрессированного Аболтина в 1945 г. на территории Германии… Реабилитирован в 1946 г.

В 1948 г. Аболтина возвращается на работу в «отдел общих проблем империализма» бывшего Института мирового хозяйства и мировой политики, тогда уже просто Института экономики (ныне Институт мировой экономики и международных отношений РАН). В 1955 г. получает ученое звание профессора. С 1956 г. он заместитель директора данного института, остававшегося по сути главным исследовательским и аналитическим центром для высшего руководства СССР.

Аварин специализировался на изучении Дальнего Востока и азиатско-тихоокеанского региона. Не раз был руководителем, членом или экспертом правительственных делегаций СССР в Генеральной Ассамблее ООН.
Им написано и опубликовано 7 монографий, 10 брошюр и около 400 статей. Большая часть их переведена на иностранные языки (некоторые подписаны псевдонимом Аварин). Среди них, например:
«Борьба за Тихий океан. Японо-американские противоречия». М., Госполитиздат, 1947 г., 467 стр.
«Распад колониальной системы». М., Госполитиздат, 1957 г., 460 стр. (переиздана в Пекине в 1959 г. на китайском языке).

Кроме всего прочего Владимир Аболтин был одним из основателей Всесоюзного общества по распространению политических и научных знаний (известное общество «Знание»).

В. Я. Аболтин умер 8 ноября 1978 г. и похоронен в г. Москве на Ново-Кузнецком кладбище.
Был награжден орденом Ленина и орденом Октябрьской Революции.


Бушманов Николай Степанович родился 3 декабря 1901 г. в селе Ольховско-Озерское Ольховского уезда Екатеринбургской губернии. Русский. В советское время говорили «из семьи служащих», до революции сказали бы «из мещан».
В 1912 г. окончил церковно-приходскую школу.

18 февраля 1918 г. добровольно вступил в РККА через Шадринский уездный военный комиссариат. С февраля по май 1918 г. служил в военкомате старшиной, затем до июня 1918 г. - военным комиссаром. Тогда одним из комиссаров совета в Шадринске был Андрей Жданов, впоследствии один из первых руководителей сталинского СССР. Так что Бушманов и Жданов явно были знакомы.

В том же 1918 г. Бушманов вступил в РКП(б). Активный участник боевых действиях против Колчака и Врангеля. Трижды ранен, в том числе два раза - тяжело, дважды контужен. Вот послужной список.

С июня 1918 г. до 1920 г. – Коля Бушманов командир взвода в отдельном Челябинском отряде, в 5-й Уральской и 21-й стрелковых дивизиях. В феврале-марте 1920г. - политрук конной разведки 195-го стрелкового полка. В марте-июле 1920 г. - делопроизводитель на курсах стрелковой подготовки Приуральского Военного Округа. С июля 1920 до января 1921 г. - командир взвода в 95-м Кубанском кавалерийском полку, затем в течение полугода - курсант дивизионной школы 16-й кавалерийской дивизии, с июня 1921 до весны 1922 г. - командир взвода. С марта 1922 до января 1923 г. - курсант кавалерийского отделения дивизионной школы 2-й кавалерийской дивизии, по окончании 2 месяца служил в штабе СибВО. С марта 1923 по февраль 1924 г. - командир взвода в отдельном кавалерийском эскадроне 21-й Пермской стрелковой дивизии; с февраля по июль - помощник командира эскадрона, с июля - командир разведвзвода в 61-й полку дивизии.

В 1924 г. исключен из партии в связи с некоей судимостью.

В сентябре 1926 г. зачислен слушателем на кавалерийское отделение Киевской объединенной военной школы, окончил ее летом 1928 г., с августа начал службу командиром взвода в 85-м кавалерийском полку. С июля 1929 по ноябрь 1930 г. временно командовал эскадроном в полку. С ноября 1930 по июнь 1931 г. - командир и после вторичного вступления в ВКП(б) - политрук эскадрона, затем до ноября - временный начальник школы конно-механического состава. В ноябре 1931 г. назначен начальником полковой школы.

В апреле 1933 г. зачислен слушателем в Военную Академию имени Фрунзе. 30 декабря 1935 г. присвоено воинское звание старший лейтенант. По окончании учебы в сентябре 1936 г. оставлен временно в Академии для дальнейшей службы начальником учебной части специального факультета, присвоено воинское звание капитан. По окончании адъюнктуры в апреле 1937 г. - преподаватель тактики. С конца 1937 г. – в звании майора старший преподаватель тактики специального факультета Академии.

31 декабря 1938 г. присвоено воинское звание полковник, в 1939 г. награжден орденом Красной Звезды. С октября 1938 г. по январь 1941 г. - доцент, исполняющий в Академии должность начальника кафедры Истории гражданской войны. С января 1941 г. - начальник кафедры.

Кандидат военных наук. Владел четырьмя языками.

С началом войны 2 июля 1941 г. полковник Бушманов назначен начальником штаба 7-й стрелковой дивизии, затем приказом штаба Резервного фронта переведен на должность начальника оперативного отдела штаба 32-й армии. С сентября 1941 г. – начальник штаба 32-й армии.

Главный политрук этой армии, член военного совета бригадный комиссар Жиленков, после пленения станет к 1944 г. одним из ближайших подельников генерала Власова, в 1945 г. будет выдан американцами и повешен на одной перекладине с Власовым.
Но это будет потом… А тогда, в октябре 1941-гов ходе тяжелых боев с превосходящими частями вермахта, проводившими операцию «Тайфун», 32-я армия попала в вяземский котел, была окружена и разгромлена. Начштаба армии полковник Бушманов был взят в плен немецким патрулем 22 октября 1941 г. в деревне Бочкино (21 километр к востоку от Вязьмы).

Содержался в Вязьме городском лагере военнопленных с 22 октября по 16 декабря 1941 г. Это был пересыльный лагерь, т.н. «дулаг № 184». Ежедневно в лагере умирало несколько сотен человек. На территории лагеря осталось 40 рвов размером 4х100 метров, по площади равным примерно четырём футбольным полям, в которых захоронено около 80 тысяч человек.

Бушманов выжил и попал в Смоленский лагерь военнопленных, где пробыл до 8 февраля 1942 г., затем до 8 мая 1942 г. был шталаг 1П-В (Фюрстенберг, Германия).
8 декабря 1943 г. приказом Главного управления кадров НКО СССР № 02329 полковник Бушманов исключен из списков РККА как пропавший без вести…

В плену Бушманов заявил о своих антисталинских взглядах и был направлен на курсы пропагандистов в Вульгайде, где преподавал в течение 1942 г. После организации Дабендорфской школы РОА в феврале 1943 г. вместе с большой группой курсантов и преподавателей Вульгайде перешел в Дабендорф под Берлином, где немцами была создана особая «школа пропагандистов». С марта 1943 г. Бушманов занимал должность помощника начальника школы по строевой части.

Данная «школа» официально именовалась «восточным отделом пропаганды особого назначения». Все преподаватели и курсанты школы официально освобождались из плена, получали статус военнослужащих РОА и по окончании курсов распределялись в «восточные части» или на оккупированные территории. Выпускниками Дабендорфа комплектовались группы пропагандистов при штабах немецких дивизий и так называемые «русские подразделения обслуживания», создававшиеся в сборных и транзитных лагерях для работы с военнопленными.
Выпускники курсов, равно как и строевой и преподавательский состав школы, составляли офицерский резерв для будущих формирований «Русской освободительной армии».
Владевший иностранными языками, бывший преподаватель высшей военной академии полковник Бушманов пользовался авторитетом и среди немцев, работавших с советскими коллаборационистами. Некоторое время они не догадывались о иной деятельности полковника РОА…

Сравнительно малочисленная подпольная группа в лагере Вульхайде под руководством Бушманова и его соратников превратилась к лету 1943 года в разветвленную интернациональную подпольную организацию антифашистского сопротивления, развернувшую активную работу по всей Германии. В организацию входили, как пленные военнослужащие, так и граждане СССР, угнанные на работ в Германию.

Например, среди «остарбайтеров» создавались диверсионные группы, и во время налетов английской авиации на Берлин они устраивали взрывы в заводских цехах, чтобы их списывали на англичан. С организацией Бушманова был связан и татарский поэт Муса Джалиль, бывший тогда в легионе «Идель-Урал», и один из основоположников генетики биолог Тимофеев-Ресовский.

О деятельности подпольной организации Бушманова узнали почти одновременно немецкая контрразведка и советская разведка. В августе 1943 года связному Бушманова капитану РОА Алексею Богунову (он же Вальтер Краубнер, "Дедушка"), хорошо владеющему немецким языком, удалось установить в Минске связь с разведгруппой майора Казанцева, командира спецгруппы Белорусского и Центрального штабов партизанского движения. В октябре 1943 года Богунов, посланный уже советской разведкой в Берлин на связь с Бушмановым, мог узнать только о провале Берлинского комитета ВКП(б) и о массовых арестах его участников во главе с полковником Бушмановым.

Да, Бушманов и его соратники действовали в столице рейха, называясь подпольным Берлинским комитетом ВКП(б). Гестапо работало оперативно, но немецкое руководство ошеломил факт такого названия и такой наглости. Престиж всех «власовцев» в глазах и без того не доверявших им немецких генералов и окружения фюрера был подорван.

Гестапо арестовало полковника Бушманова 30 июня 1943 г. Сначала он находился в берлинской тюрьме Моабит, а 3 ноября 1943 г. в статусе «смертника» был этапирован в концлагерь Заксенхаузен. Смертникам не полагался даже лагерный номер, они носили красные круги на лагерной робе.

Именно Бушманов, находясь в Заксенхаузене, помог пленному летчику Михаилу Девятаеву сменить статус «смертника» на «штрафника», благодаря чему Девятаев в качестве рабочего был направлен в Пенемюнде, секретный ракетный центр Третьего рейха, откуда бежал на угнанном бомбардировщике и уже в конце 1945 г., после штрафбата, помогал Королёву разбираться с остатками немецкого оборудования на острове и делать копию ФАУ-2.

Сам же полковник Бушманов, после освобождения лагеря Заксенхаузен советскими войсками в апреле 1945 г., с 4 по 23 мая проходил спецпроверку в УКР «СМЕРШ» и 29 июля 1945 г. был осужден к 10 годам лагерей.
С 5 декабря 1954 г. до 25 октября 1955 г. находился в ссылке. При этом, почему то только 25 октября 1955 г. уволен из рядов Советской Армии в запас в звании полковника. Определением Военного трибунала МВО от 1 сентября 1958 г. реабилитирован как необоснованно репрессированный. Являлся персональным пенсионером Министерства обороны СССР.

В 60-е гг. жил в Свердловской области, затем в Москве, где и умер 11 июня 1977 г.
По легенде, Бушманов скончался, прочитав в какой-то провинциальной газете о себе, как о власовском полковнике…

Вот такие люди писали такие книги. И я им где-то даже завидую.
Tags: китайская библиотека
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 29 comments