alter_vij (alter_vij) wrote,
alter_vij
alter_vij

ВОЗДУШНАЯ ВОЙНА 1936 года. Полемические варианты Петра Павленко.

К ГЛАВЕ XVII
Глава 17-я тут: http://militera.lib.ru/prose/foreign/helders/17.html

11-й авиационный французский полк, шедший во главе группы, бомбардирующей Лондон, сбросил всего 9 пятьсоткилограммовых бомб. Остальные девяносто минут пребывания над столицей Англии он провел, рассеивая миллионы воззваний. Надо сказать, однако, что (это установлено было позднее) прокламации с воздуха не оказали того значения, которое им придавали в Париже. Пролетариат Лондона был готов к борьбе задолго до начала военных действий. Отлет эскадры Бреклея во Францию вызвал стихийное возмущение рабочих. Военные заводы стали, на многих произошли взрывы, так же как и на аэродромах, в портах и в военных складах.

В то время, как эскадра Бреклея бомбардировала Париж, полтораста тысяч безработных, стоявших лагерем под столицей, построились в боевые колонны и двинулись на город. Полиция встретила их пулеметами и огнем танковых орудий, но город, как поле сражения, обычно предоставляет все преимущества повстанцам, если они хоть сколько-нибудь активны.

Социальное положение лондонских улиц выяснилось в этот день во всей своей непримиримости. Полиция не предусмотрела того, что даже на центральных улицах города с их аристократическим составом жильцов пролетариат и его союзники имеют готовые боевые кадры. Подземная дорога остановилась, ходили лишь поезда революционного комитета служащих и рабочих метро. Автомобили частных лиц, управляемые наемными шоферами, становились поперек улиц, один к одному, и преграждали движение воинских колонн. Приказчики магазинов по телефону информировали штаб восстания о маневрах полиции и гарнизона.

Толпа женщин атаковала здание парламента, требуя премьер-министра для немедленных разъяснений причин войны. Английская рабочая партия в свою очередь созывала заседания протеста, либералы совещались особо, союз христианской молодежи намечал свое отдельное отношение к событиям.

Все перепуталось в этом страшном городе формальной демократии, но весь этот хаос заседаний и митингов, резолюций и обращений был как нельзя более выгоден революционному комитету, потому что он отвлекал громадные человеческие полчища от повседневной их работы, то есть невольно вносил дезорганизацию в жизнь, а следовательно и в ведение войны. К трем часам дня не осталось кажется ни одного человека, который бы сидел дома, хотя опасность бомбардировки еще не миновала и военные власти настоятельно требовали очищения улиц. Телефонные станции выключили частных абонентов. Телеграф принимал депеши лишь от государственных организаций. Уже трещали витрины иностранных магазинов, а здание французского посольства, кажется, впервые со времен Питта стояло без единого стекла в окнах и штандарт республики больше не развевался над ним.

Недавние союзники Франции — кондитеры и скорняки, хозяева трактиров и профессора археологии — сегодня ощутили себя британцами, детьми величайшего народа, обманутого лицемерными друзьями. Они проклинали французов за коварство, шведов за вечные нейтралитеты, голландцев за податливость и немцев за наглость, которой не было у них самих. Они требовали крови русских и готовы были разорвать в клочья любого американца, видя в нем торгаша, и они не оставляли в живых ни негров, ни китайцев, ни индусов — всех этих людей «низшей» расы, присутствующих при позоре Британии. Так всегда мелкий буржуа и мещанин, разочаровываясь в патриотизме, ищет виновных в толпе невиноватых.

Вечерние лондонские газеты вышли с подробными сообщениями о нападении французов на Лондон, но посвятили всего лишь несколько строк боевым успехам английского воздушного флота.

Французскими бомбами было убито 83 человека и ранено 124. Но эти потери были незначительными по сравнению с потерями французов во время утреннего нападения англичан на Париж, о котором не удалось получить никаких сообщений из нейтральных государств. Такое изложение событий прессой могло вызвать совершенно неправильное представление о протекшем дне, но оно принесло еще больший вред в военно-тактическом отношении, не дав Бреклею никаких плодов в смысле волевого разложения мирного населения Франции и не образовав взрыва патриотических настроений в мелкобуржуазных кругах Англии, которые сейчас шли за левыми революционными партиями. Молниеносная быстрота утреннего рейда Бреклея во Францию и обусловленная этой быстротой невозможность сделать его результаты широко известными по всему миру не создали атмосферы ужаса, истерии и растерянности. В этом было первое поражение Бреклея.

Когда он вернулся в свой штаб около Виндзора после доклада военному министру и первому лорду адмиралтейства и выслушал сообщение начальника внутренней разведки о событиях внутри страны, состояние уверенности, в котором пребывал он с начала операций, вдруг оставило его.
— Мне нужно побыть некоторое время одному, — сказал он адъютанту. — Только в случае крайней необходимости вы прервете мое одиночество.


(Продолжение завтра)
Tags: Пётр Павленко, военно-историческое
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments